Анонимные алкоголики 728*90 - 2 

ГлавнаяПутешествие по Алтайским горам и джунгарской Киргизской степи. Глава 5

Путешествие по Алтайским горам и джунгарской Киргизской степи. Глава 5

3 декабря 2009 -
 
Глава пятая. ПРЕБЫВАНИЕ В РИДДЕРСКЕ. ЭКСКУРСИИ ПО ОКРЕСТНОСТЯМ
 
На следующий день все еще шел дождь, а после полудня пошел град величиной с лесной орех, так что оконные стекла, находившиеся на ветреной стороне, были разбиты. В горах выпал снег, а 15 мая снег выпал в долине. Однако лежал он недолго. Ненастная погода с бураном и сильными ливнями продолжалась до 17 мая; горы при этом были большей частью совершенно окутаны тучами а когда те рассеялись, оказались совершенно белыми от выпавшего снега. Окрестные реки сильно разлились, и шум их, особенно Громотухи был слышен вокруг даже при закрытых окнах. Заморозков в это время года не было, но так похолодало что я велел затопить печь.
Не успели еще полностью распуститься листочки осины, как я собрал уже свыше 200 видов растений, хотя во время длительных поездок в Усть-Каменогорск и Красноярское и не собирал те травы, которые росли здесь, в Риддерске, намереваясь заняться этим в небольших экскурсиях по окрестностям, при более удобных обстоятельствах. Дождливое время я использовал для приведения в порядок своих коллекций.
18 мая погода как будто прояснилась хотя реки разлились еще сильнее, так как начал таять недавно выпавший снег. Я побывал на северном берегу Громотухи, где когда-то был сосновый бор, впоследствии частью вырубленный на уголь, частью же, по недосмотру, почти полностью выгоревший; теперь там стояли только редкие ели и росло немного сердечника узколистного. Прежде Громотуха текла много севернее места, занятого теперь лесом, сейчас же она бежит гораздо южнее, по другому руслу, а по ее прежнему ложу прошла хорошая дорога на Риддерск. Прежнее русло заметно по многочисленной гальке, намытой рекой. Прошедшим незадолго до этого градом многие растения были сломаны, а некоторые так исковерканы, что узнать их можно было с большим трудом. На осинах не осталось почти ни одного целого молодого листочка. Поэтому ближайшие окрестности Риддерска выглядели пустынными и печальными, и из-за разлива рек я не мог совершать дальних экскурсий, так как во всех случаях нужно было переходить речки, за исключением восточного направления. Но дорога здесь уходила глубже в горы, куда еще мало продвинулась весна. 19 мая после долгого ненастья погода снова прояснилась, и я решил предпринять хотя бы небольшую экскурсию в восточном направлении, в частности к горе Чесноковке, расположенной между Быструхой и Филипповкой. Свое наименование гора получила от одной разновидности лука, который, как мне говорили, растет там в изобилии и население собирает его на свои нужды. Ехать туда нужно около 10 верст. На вершину горы можно подняться с северо-западной стороны.
Неподалеку от вершины, на ровной площадке, стоит несколько лиственниц и берез искривленной формы - не столько из-за высоты, которая составляет всего 3615 футов, сколько потому, что они подвержены воздействию сильных ветров. По крутому юго-восточному скату я хотел спуститься к Быструхе, широкий берег которой расстилался у подножия горы, но буря была настолько сильной, что трудно было держаться на ногах. Растения здесь тоже были побиты градом, и когда буря стихла, я, недовольный, направился в обратный путь, снова намереваясь подойти к Быструхе. Там близ нескольких стоящих вдоль правого берега реки холмов я нашел много интересных растений. Снова пошел сильный дождь, и мы поспешили домой.
В ночь с 21 на 22 мая сильно подморозило (с 19 мая пополудни в долинах шел не переставая дождь, а в высоких горах - снег). Воспользовавшись сносной, хотя и холодной, погодой, я решил посетить Крюковский рудник, где недавно была найдена богатая серебряная руда (65 золотников в пуде). Гора, в которой находится этот рудник,- 2580 футов высоты, а вход в него - на высоте 2342 футов, южнее этой горы поднимается другая, Соколок,- 2992 фута. Все эти когда-то лесистые, а теперь безлесные вершины лишь кое-где поросли кустарником. После полудня снег пошел и в долине.
23 мая погода позволила мне наконец подняться на белки, что я давно очень хотел сделать, так как вид гор становился все оживленнее. Было еще прохладно, но погода разгулялась, ветер стих; все это благоприятствовало поездке в горы. Выехал я ранним утром, когда еще нельзя было определить, насколько устойчивой будет хорошая погода; в таком случае путешественник избегает попадать в облака, окутывающие большие горные вершины. Я намеревался покрыть в этот день такое расстояние, чтобы к вечеру вернуться в Риддерск. Вот почему из ряда Ульбинских белков я выбрал так называемую Крестовую гору, чтобы за день исследовать эту, лежащую ближе других вершину. Крестовая гора здесь считается самой высокой, что, по-видимому, объясняется тем, что она благодаря своей близости действительно кажется выше других, дальних.
До подножия Ульбинских гор, с которых стекает Громотуха, восемь верст. Путь туда пролегает по ровному лугу, который пересекает Большая и Малая Быструхи. На Крестовую гору удобнее всего подниматься с юго-западной стороны, хотя и там подъем сначала очень крутой. В том месте, где спуск становится менее крутым, начинается лиственничный лес. В нем оказались экземпляры березы, пихты и кедра. Поросль образовали таволги - широколистная и зверобоелистная, кизильник черноплодный и отдельные розы, из которых шиповник колючий уже цвел. Попадался и барбарис сибирский, но только очень искалеченный; я вообще находил здесь это растение высотой не более одного-полутора футов и со многими высохшими ветвями.
На высоте 4536 футов кончались березы. На высоте 5500 футов лес кончился. Еще выше оказались разрозненные кедры со стелющимися по земле ветвями, такой же формы были и оба вышеупомянутые вида можжевельника, а лиственницы, росшие на той же высоте, были совершенно высохшими, хотя имели неизуродованные, прямые стволы, но эти стволы не достигали величины обычных взрослых деревьев и все без исключения выглядели молодыми деревцами от полутора до двух и более сажен.
В лесу во многих местах еще лежал снег больше фута глубиной, и конусообразная вершина, которая начинала подниматься на высоте 6001 фута, была совершенно покрыта снегом, из которого выступали острия крупных и мелких скалистых обломков, рассеянных всюду по плоскогорью. До подножия этой вершины еще можно было большей частью подниматься на лошади, но там нам пришлось оставить своих лошадей так как склоны конуса настолько круты, что взбираться по ним нужно лишь пешком и то с великим трудом, особенно теперь, когда из-за снега не были видны углубления между скалистами глыбами, и мы то до пояса проваливались в сугроб, то застревали между камнями. На южном скате конуса, на высоте 6187 футов, стояла высохшая лиственница, но тоже прямая, без искривлений.
Самая вершина конуса, которая поднимается на высоту 6631 фута, плоская, и на этой площадке стоит простой деревянный крест, с трех сторон которого, с северо-востока и с юга, возведена стена около пяти футов высотой из награможденных в беспорядке камней, поэтому вершина и получила название Крестовой горы. Дальше к востоку, на расстоянии приблизительно одной версты, вздымалась другая, еще более высокая вершина, по подняться на нее в этот день мне не удалось, так как уже темнело, а из-за лежащего кругом снега восхождение было сопряжено с большими трудностями. К югу от этого места расположена долина, или, вернее, ущелье, в котором течет Громотуха, но реки не видно из-за громоздящихся впереди скал. У подножия конуса, с его западной стороны, вытекает ключ, температура которого, по моему определению, равна + 0,5°R. Он вытекает из-под обломков скал, покрытых растительным ковром.
В лесу, на середине горы, мне встречались крупные деревья, и среди них одна лиственница, которую я измерил: в обхвате на высоте фута от корня она оказалась 13 футов 1,5 дюйма (В крестьянских домах здесь часто можно видеть пол из деревянных досок шириной в два Фута и более, а также столешницы от двух с половиной до трех футов шириной, сделанные из одной доски, большей частью из кедра. - Прим. автора).
Из животных я увидел здесь множество белых куропаток, которые всюду сновали по снегу, и представителей глупой сивки. Эти изящные создания одинаково ловко карабкаются по скалам и передвигаются по снежной поверхности, оживляя пустынную глушь холодных вершин; держатся они всегда парами, и когда охотник убивает одну из птиц, другая сначала испуганно взлетает, но потом тотчас же возвращается к тому месту, где был убит ее сородич. Видел я здесь также сибирского сурка, он очень пуглив и быстро прячется в норах и расселинах; убегая, на мгновенье останавливается у своей норы, весело свистит и тотчас исчезает в своем убежище. Поздно вечером я вернулся в Риддерск.
25 мая я посетил так называемую Вострую сопку - гору в несколько сот футов высотой, расположенную приблизительно в пяти-шести верстах к западу от Риддерска. Мне много говорили о кустарнике с желтыми цветами и красными плодами, который якобы растет только на этой сопке и больше нигде на Алтае не встречается. Поверить этому было трудно, и мне захотелось проверить самому; отчасти для того я и отправился в путь. Дорога к горе шла через луг; на северном склоне горы стоял березовый и осиновый лес. Цветов было мало, хотя травы в сырых и тенистых местах достигали человеческого роста. Речка, которая вытекает с северного склона горы и впадает в Журавлиху, бежит по руслу, совершенно скрытому под камнями и мхом, так что ее не видно, а слышно лишь журчание. Такие речки встречаются нередко в нижней части горных склонов, там, где обломки скал толстым слоем покрывают землю. Здесь бурный горный поток все глубже вымывает себе русло под камнями, которые сверху покрываются осколками скальных пород, поросшими толстым слоем мха. Когда же я спросил своих людей о пресловутом кустарнике с желтыми цветами и красными плодами, они показали мне сибирский барбарис, который вполне соответствовал описанию; мне было непонятно, почему всем бросалось в глаза его присутствие именно здесь, на этой горе, в то время как он часто встречается и на других местных скалах.
Недалеко от Риддерска Журавлиха впадает в Филипповку. Берега обеих речушек низкие и болотистые. С каждым днем возрастало мое нетерпение, мое жгучее желание пробраться дальше в высокие горы, но продолжающийся разлив рек и скопление снега, который все еще лежал на этих горах, пока не позволяли осуществить мои планы. Кроме того, в Риддерске распространились очень беспокоящие слухи о рабочих, бежавших из Коргона в горы. Число беглых, как говорили, сильно возросло, и поэтому они стали весьма дерзкими напали на казенный склад и разграбили его, даже в Риддерске боялись нападения. Я опасался, конечно, не за собственную персону, так как знал из письма д-ра Бунге, что он при встрече с ними никакому оскорблению не подвергся, но сильно трусили мои люди, и меня беспокоило то, что из-за их преувеличенного страха при встрече могут произойти неприятности. Посему я решил подождать из Змеиногорска известии почтой, которая должна была прибыть через 10 дней.
За этот срок я наметил посетить горные цепи, лежащие к югу от Громотухи (Проходные белки), уже на склонах которых берут начало река Бухтарма и впадающие в нее реки. Поскольку говорили, что Громотуха, в том месте, где она очень расширяется, якобы образует хороший брод, я послал вперед разведчика, поручив ему отыскать брод, а сам, не теряя времени, 26 мая выехал на север от Риддерска, к горе (Таловская сопка), с которой стекали две речки, Малая и Большая Таловки, первая - с южного, а вторая - с восточного склона. Описав дугу вокруг горы, Большая Таловка течет рядом с Малой Таловкои, в том же направлении на незначительном расстоянии от нее, и затем, слившись, они впадают в Филипповку. Я ехал долиной Малой Таловки почти точно в северном направлении. Близ устья берега ее низменные и частью болотистые, но вверх по течению долина все более и более сужается По обеим сторонам тянутся ряды округлых холмов в основном безлесных, только на склонах, главным образом северо-западном, растут одинокие березы и осины. Берег реки окаймлен ивами, березами, черемухой, татарской жимолостью и калиной. Впрочем, растительность этой местности нельзя назвать оригинальной, здесь снова встречались те же растения, которые я находил вчера и которые вообще произрастают на низменных местах, те же и сроки вегетации.
Исток Малой Таловки находится на южном склоне Таловскои сопки на высоте 3571 фута над уровнем моря. Начало речке дает небольшой ключ. Выше расположена редкая роща из берез и осин, отдельные деревья этих видов окружали и самыи источник, температура которого была +4°R, в то время как температура воздуха в тени составляла +2I,5°R. Подняться на гору можно было без особых затруднении, и я поехал от источника вверх, ближайшая вершина поднималась на 5065 футов.
До самой вершины встречались редкие лиственницы, пихты и березы, однако последние были хилыми, кривыми, росла обыкновенная рябина как кустарник.Самую вершину горы образует протянувшийся с востока на запад скалистый гребень из сильно растрескавшегося роговообманкового сланца (грюнштеина) Другой гребень такого же строения тянется паралпельно первому и простирается дальше к северу, высота его незначительна. Кое-где встречались одиночные лиственницы. На северном склоне, по ту сторону второго скалистого гребня, стоял густой лес из пихты, в котором изредка попадались березы. В этом лесу, как и по всему северному склону, лежало еще много снега.
При спуске с горы я придерживался более восточного направления и таким образом вышел на болотистую местность, на которой собиралась вода, образуя Большую Таловку. Исток реки на этой горе нельзя назвать собственно ключом. Нижние склоны местных гор обычно скалистые и сухие до тех пор, пока они круты, но ближе к вершине гора становится положе, образуются плоские корытообразные углубления, в которые стекают из болотистой почвы бесчисленные ручейки. Сначала их течение настолько медленно, что едва заметно, но затем они попадают на более покатое место и образуют водяной поток, с которым скоро сливаются многие другие такие же собирающиеся отовсюду ручьи. Эти небольшие альпийские потоки, всегда текущие в горной местности по слегка наклонной плоскости, соединяются вместе на крутом (склоне, низвергаясь с высоты уже речкой. Она стекает, шумя и пенясь, с крутой горной стены в каком-нибудь одном месте и по ходу течения быстро увеличивается. Так здесь образуется большинство рек, берущих начало в горах, и тотько некоторые из них начинаются из собственного источника. Таких источников я видел мало и могу сообщить результаты лишь немногих наблюдений над их температурой. Большая Таловка стекает в долину, которая по своим свойствам похожа на речную долину Малой Таловки. Неподалеку от устья первой, на ее правом берегу, находится невысокий холм, на юго-восточной стороне которого выходят наружу зеленые сланцы, распадающиеся на плиты различной толщины (от двух линии до одного фута).
27 мая пошел сильным, проливной дождь, а ночью началась гроза, продолжавшаяся и на следующий день. В этой местности вообще грозы часто продолжаются несколько дней, сопровождаясь почти беспрерывными раскатами грома. Всю ночь на 28 мая дождь не прекращался.
29 мая небо прояснилось, дождь прекратился. Я выехал к северному склону Крестовой горы, чтобы подняться на нее именно оттуда, насколько это будет возможно. Взбираться приходится все время по крутому склону до самой вершины, и нет ни одного уступа, склоны которого были бы менее круты, так что подниматься с севернон стороны можно только пешком, да и то с большими трудностями. Но все же этот путь много короче, чем обычный, конный, протяженность которого от подножия горы через хребет до вершины равняется семи верстам. На северной стороне Крестовой горы виднеется множество глубоких ущелий, которые, начинаясь у самой вершины, тянутся в одном и том же направлении, все расширяясь и углубляясь, до самого подножия, падающая вода их еще более углубляет. Они заполнены снегом и дают питание маленьким потокам, которые, шумя и пенясь, низвергаются с крутизны. В этих ущельях снег лежит в течение всего лета, в то время как на вершинах он в конце концов все-таки стаивает. Слой снега зависит от количества осадков в течение зимы и от уровня температуры последующего лета. Овраги заполнены снежными пластами в несколько сот футов длиной чередующимися с оголенной землей. Эти пласты значительно осложняют подъем на гору, постоянно встречаясь на пути, и при этом каждый неосторожный шаг грозит опасностью. Ширина пластов не превышает 6-10 сажен, но они гладкие и скользкие, и при крутом спуске очень трудно устоять на ногах. К тому же не всегда можно полагаться на твердость снега, так как быстрые потоки, бегущие под ним, местами настолько сильно вымывают свое ложе, что слой снега остается очень тонким и потому можно легко проватиться.
В одном из самых глубоких ущелий протекает Хризовка - маленькая бурная речка, выбегающая из-под тающего снега. Эти северные склоны покрыты лесом из пихты и лиственницы. Между деревьями, особенно на большой высоте близ ущелий, отыскались чрезвычайно интересные растения. Русло маленькой пенистой Хризовки, как и всех других маленьких речек в этих ущельях, тоже покрыто зеленью.
Я был еще далеко от вершины Крестовой горы, как снова начался ливень и черные тучи грозились окутать гору, поэтому мы поспешили спуститься вниз. Одновременно и тучи опускались и приближались к нам с неменьшей скоростью, и как только мы добрались до равнины, все подножие горы уже было окутано черным облаком. В течение всего этого дождливого дня над устьем Громотухи, Быструхи и других речек, а особенно над ущельями и лесистой частью влажного горного склона, часто и неожиданно образовывались густые облака тумана, которые иногда полдня висели неподвижно на одном месте, иногда же с большой скоростью рассеивались по всем направлениям, в то время как вокруг этих облаков воздух был совершенно чист и прозрачен.
30 мая тоже весь день беспрерывно шел сильный дождь, так что ни о какой экскурсии не могло быть и речи. На следующий день я поехал к Громотухе, берега которой в мое первое посещение этой речки показались мне очень богатыми растительностью. Так как мои люди не советовали мне ехать по обычной дороге ввиду того, что вода Громотухи из-за частых дождей должна была подняться еще выше, чем была, я избрал другой предложенный мне путь. Вел он вверх по юго-западному склону высокой горы, находившейся неподалеку от реки, а затем дорога спускалась юго-восточной стороной той же горы. При моем первом посещении Громотухи цвели еще не все растения, и я надеялся теперь найти их цветущими, но эта экскурсия по некоторым причинам оказалась одной из наиболее бедных.
Подъем на гору проходил хотя и с трудностями, но сносно, несмотря на большую крутизну; спуск же был тернистым путем, в буквальном смысле этого слова. Крайне крутой склон был усеян скалистыми обломками, между которыми росли кустарники выше человеческого роста: шиповник, желтая акация и таволга стояли так густо, что не видели, куда ступает нога. Пробираться приходилось почти по вертикальному склону, отдавшись на волю случая, так как часто под ногами не чувствуешь землю и, болтая ногами в воздухе, стараешься ухватиться то за один куст, то за другой, пока не нащупаешь твердую почву. По этому и без того небезопасному грунту стекали сверху небольшие ручейки, отчего он становился еще более скользким.
Весь исколотый шипами, я добрался наконец до подножия горы; обратно же подняться на нее, чтобы возвратиться тем же путем к тому месту, где мы оставили своих лошадей, мне казалось невозможным, и я повернул на ту дорогу, идти по которой мне отсоветовали из-за высокой воды. Дело здесь обстояло, однако лучше, чем ожидали. Между тем еще когда мы спускались с вершины, поднялся чрезвычайно сильный ветер со снегом, и я, напрягаясь, очень сильно разогрелся. Вскоре после этого со мной случился мучительный приступ астмы, и я с большим трудом добрался до Риддерска.
2 июня установилась сносная погода, но в этот день я ограничился лишь посещением Соколка. У подножия и на склонах его много ключей, температуру которых мне хотелось измерить. Температура двух из них после получасового пребывания в воде термометра оказалась равной + 5°R и третьего - + 4°R, в то время как температура воздуха была + 15-16,5°R. Все три источника находились на открытой местности, на которой не было ни деревьев, ни кустарников, хотя следует заметить, что последний источник, температура которого на один градус ниже, чем двух других, находился на глубине 8 футов, так что термометр мне пришлось опускать на шнуре. Источник этот был рядом с Крюковским рудником, рабочие которого, чтобы не носить воду из ключей, вытекающих у подножия горы, выкопали колодезь и сделали к нему простой сруб. По соседству с ним я нашел первый цветущий ятрышник, который здесь вообще встречается редко. После полудня опять пошел дождь, а вечером с юго-запада надвинулся сильный ураган.
3 июня дождь шел целый день, почти не переставая. И если в долине дождь продолжался всю следующую ночь, то в горах, даже на небольших высотах, выпало так много снега, что 4 июня около 5 часов утра все было бело. Между шестью и семью часами утра снег шел и в долине. Опять целый день дождило, дул сильный ветер, хотя и не такой, как вечером 1 июня. 3 июня, около 9 часов вечера, термометр показывал всего + 4°R.
Между тем я был уже совершенно здоров. Затруднения, вызванные высоким подъемом рек, препятствовавшие до сего времени моей дальнейшей поездке в высокие горы, обернулись благоприятной стороной. Хотя мое нетерпение росло оттого, что я был ограничен лишь экскурсиями в близлежащие горы, но благодаря этим малым походам я приучил себя к трудностям горных поездок, которые еще более возросли из-за частых дождей и сурового климата. И действительно, мне удалось постепенно закалить себя в условиях этой местности, так что впоследствии я без особого вреда для своего здоровья выдержал тяготы и лишения совсем иного рода, нежели те, которые мне пришлось перенести во время моих прежних кратких экскурсий.

Похожие статьи:

--Корневой раздел--Назарбаев создал Службу внешней разведки Казахстана

РиддерВ Казахстане совершил аварийную посадку частный самолет

--Корневой раздел--НАТО пригласило Казахстан установить мир в Афганистане

--Корневой раздел--Казахстан готов помочь России электроэнергией в связи с аварией на ГЭС

--Корневой раздел--Назарбаев заявил о стабилизации экономики Казахстана

Рейтинг: 0 Голосов: 0 2847 просмотров

 

все алкоголики бросают пить... некоторые при жизни